Кромвель против Ирландии и Шотландии. Немного истории.

 

Что известно о великом Оливере Кромвеле, кроме того, что на волне английской буржуазной революции XVII века и на осколках монархии он получил высокое звание лорда-протектора? Это был враг официальной церкви и монаршьего произвола, человек, который похоронил английский абсолютизм на долгие годы, сам возглавил страну, принёс ей многочисленные славные победы, но уже после смерти был многократно казнён за измену Англии.

Говоря о личности Оливера Кромвеля, навеки обеспечившего себе место на страницах всемирной истории, стоит начать даже не с детства будущего военачальника и тирана, а с его родословной. Сам род Кромвеля поднялся по социальной лестнице за счёт получения земли, конфискованной у католической церкви во время расцвета английского абсолютизма Генриха VIII. Предок Оливера — Томас Кромвель — состоял канцлером у короля, помогал конфисковывать церковные земли в годы реформации и имел непосредственное отношение к казни великого гуманиста того времени Томаса Мора. Все эти обстоятельства не помешали потомкам Томаса Кромвеля проповедовать строгие нравы пуританской церкви, а одному из них принять непосредственное участие в свержении монархии.


Мать Оливера в девичестве носила фамилию Стюарт. Однако, как ни бились исследователи, а установить связь между ней и английской королевской фамилией так и не удалось. В качестве приданого Элизабет Стюарт преподнесла своему будущему мужу пивоварню.

Дядя и крёстный отец будущего революционера — сэр Оливер Кромвель (мальчик получил имя как раз в его честь) принимал у себя в доме короля Якова VI Шотландского — будущего английского короля Якова I — как раз во время его переезда из Шотландии в Лондон.


Согласно существующей легенде, во время этого визита маленький Оливер познакомился с будущим королём Карлом I. Мальчики играли вместе, пока их старшие родственники вели светскую беседу и обсуждали скакунов, подаренных Оливером Кромвелем-старшим королю Якову. В какой-то момент дети подрались, и Оливер якобы даже разбил Карлу нос до крови. Конечно, это очень похоже на предзнаменование — спустя много лет Оливер Кромвель станет главным инициатором казни уже короля Карла I.

Оливер родился в 1599 году. Он рос в большой семье — помимо него, у родителей было ещё 8 детей, но оба брата умерли ещё в младенчестве, и мальчик рос в окружении шести сестёр. Ребёнок был обласкан, много времени проводил в играх с девочками. За милый, практически ангельский вид они называли его нежно — Нолли. К тому же он был единственной надеждой своих родителей.

Семья Оливера Кромвеля славилась исключительной религиозностью, главными книгами детства для мальчика были издания по богословию. Учителем Оливера был Томас Бирд — приходской пастор, проповедовавший мысль о том, что короли и правители являются «наиболее скорыми на грех». Ещё одним учителем стал профессор богословия доктор Сэмюэль Уорд. Это, конечно, отложило свой отпечаток на формировании его будущей личности. В годы войны с Шотландией в доме уже взрослого Оливера Кромвеля расположились на постой английские офицеры. Они шли воевать против шотландцев, восставших из-за навязывания им богослужения по англиканскому образцу. В глазах английских пуритан шотландцы выглядели восставшими за свою веру, что, безусловно, вызывало уважение. Истинный пуританин Оливер Кромвель едва ли не молился в присутствии английских офицеров за победу Шотландии, чем вызвал их недоумение и восхищение своих соседей. К слову сказать, первая речь в палате общин, куда Кромвель был избран в возрасте 29 лет, была посвящена защите пуритан.


Первую любовь к революционной деятельности Кромвель почувствовал лишь в возрасте 41 года, когда за собственные деньги набрал отряд волонтёров — подобие народной милиции, будущей революционной армии. В свои отряды он принимал исключительно религиозных и набожных людей. На бой они пойдут под пение псалмов с убеждением в богоугодности совершаемых ими деяний. С этих пор мысли о «спасении государства» становятся болезненной страстью этого уже немолодого полководца. Спасении, неважно какими средствами. Когда-то переживавший за шотландцев Кромвель позже проводил кампании в Шотландии и Ирландии, практически затапливая землю кровью местных народов. В Ирландии новоиспечённый и жутко набожный военачальник истребил ни много ни мало треть населения, многих продал в рабство. Именно благодаря такой «внешней политике» Кромвеля в Америке образовалась достаточно крупная ирландская колония.

За непродолжительное время своей военной карьеры Оливер Кромвель, ещё недавно типичный английский помещик, превратился в кровавого тирана. И вот уже низвергнут и казнён монарх, а на его месте восседает помещик из Хантингтона. Празднования в день вступления Кромвеля в должность лорда-протектора по своим масштабам и пышности были далеки от пуританских. Первая его речь в качестве лорда-протектора перед парламентом больше напоминала проповедь, главный смысл которой сводился к необходимости подчиняться установленной Богом власти. Парламент же в ответ начал обсуждение конституционных прав лорда-протектора, вернее — их ограничений, что, само собой, вызвало гнев правителя. Всё возвращалось на круги своя: революция, победившая абсолютную монархию, породила нового короля, хоть и по-другому называвшегося.

Умер Оливер Кромвель 3 сентября 1658 года. Именно 3 сентября считалось самой важной в его жизни датой — в этот день он одержал знаменитые победы над шотландцами в Денбаре и над войсками Карла при Вустере. В этот же день начал работу первый парламент протектората, 3 сентября стало национальным праздником английской республики, Днём благодарения.



Война с Ирландией

После того, как угроза миру внутри Англии была уничтожена, Кромвель в августе 1649 г. отправился в поход в Ирландию. Еще в марте его назначили главнокомандующим ирландской армии и одновременно лейтенант-генералом Ирландии. Благодаря этим должностям, Кромвель получал жалованье около тринадцати тысяч фунтов в год.

Армия Кромвеля насчитывала 12 тысяч человек. Солдат задобрили и обнадежили. Им выплатили все жалованье — задолженности за несколько месяцев. В Ирландии им обещали земли и неслыханные сокровища. Если грабежи и мародерство в Англии запрещались, то в Ирландии это даже поощрялось.

11 июля состоялась прощальная церемония. В Уайтхолле собрались офицеры, члены парламента. В пять часов вечера армия тронулась в путь. В Бристоле Кромвель простился со своими родными — Элизабет и старшим сыном Ричардом. Пожалел, что с Ричардом не было его жены — Дороти, которую он безумно любил и называл «дочерью». Кромвель был спокоен, словно отправлялся в мирное путешествие. Отцу Дороти, Ричарду Мэру, он писал в эти дни:

«Я очень рад слышать, что все у вас хорошо и что наши дети собираются поехать отдохнуть и поесть вишен; для дочери моей это вполне извинительно, я надеюсь, она имеет для этого добрые основания. Уверяю вас, сэр, я желаю ей добра и полагаю, что она это знает. Прошу вас, передайте ей, что я ожидаю от нее частых писем, из которых я надеюсь узнать, как поживает вся ваша семья... Вручаю вам моего сына и надеюсь, вы будете ему добрым руководителем... Я хочу, чтобы он стал серьезнее, время этого требует...».

Однако вскоре о семейных делах пришлось забыть. Впереди была Ирландия.

Война в Ирландии явилась первой колониальной войной Английской республики. По своей жестокости она превзошла все, что Ирландия испытала за всю свою многострадальную историю. Напомним, что завоевание Ирландии английскими феодалами началось еще в XII в. и растянулось на несколько столетий, вплоть до самой революции. Пользуясь разногласиями в лагере восставших, и прежде всего между католиками и протестантами, а также материальным перевесом сил, Кромвель в Ирландии повел войну «на истребление». Иногда расстреливались целые гарнизоны сдавшихся крепостей. 3 сентября армия Кромвеля подошла к крепости Дрогеда, которая считалась самой сильной из ирландских крепостей. Она состояла из двух частей, разделенных рекой, — южной и северной. Южная часть была укреплена древними толстыми стенами, которые достигали 12 футов в высоту. В главную, северную, часть крепости нельзя было попасть, не овладев при этом цитаделью Милл Маунт, расположенной на высоком холме и укрепленной изгородями и насыпями.

Командовал гарнизоном крепости Артур Эстон, старый вояка, который в одном из боев потерял ногу, но и после этого военную службу не оставил.

У Кромвеля было более 10 тысяч человек, в крепости — около 3 тысяч. Кромвель готовился к осаде целых шесть дней — Дрогеда была ключом к Северной Ирландии, и ее необходимо было взять любой ценой.

10 сентября Кромвель отправил Эстону небольшое письмо:

«Сэр, чтобы предотвратить кровопролитие, я полагаю правильным потребовать передачи крепости в мои руки. В случае отказа вы не будете иметь оснований винить меня. Я ожидаю вашего ответа и остаюсь вашим слугой. О. Кромвель».

Эстон ответил отказом. Впрочем, Кромвель, очевидно, на другое и не рассчитывал. Штурм крепости начался.

Первые две атаки захлебнулись. Был убит полковник Касл, вместе с двумя другими офицерами возглавлявший атаку. И только третья атака принесла успех.

17 сентября 1649 г. Кромвель писал Ленталлу:

«По правде говоря, в горячке действия я воспретил солдатам щадить кого бы то ни было, захваченного в городе с оружием в руках, и я думаю, что за эту ночь они зарубили около 2000 человек. Некоторые из них перебежали через мост в другую часть города, где около сотни из них завладели колокольней св. Петра. Когда им было предложено сдаться на милость, они отказались, после чего я приказал поджечь колокольню, и было слышно, как там, среди пламени один из них кричал: «Бог меня проклял, Бог меня наказал».

На следующий день были окружены две другие колокольни, на одной из которых были человек 120— 140; однако они отказались сдаться, и мы, зная, что голод принудит их к этому, поставили кругом лишь охраны, чтобы они не могли убежать, пока желудки не заставят их сойти вниз... Когда они сдались, их офицеров перебили, каждый десятый из солдат был подвергнут смерти, а остальные были направлены на кораблях на Барбадос.


Я убежден, что есть справедливый божий суд над этими варварами и мерзавцами, запятнавшими свои руки таким огромным количеством невинной крови; и что это поведет к предотвращению кровопролития на будущее время, что является достаточным оправданием для тех действий, которые в противном случае не могли бы вызвать ничего, кроме упреков совести и сожаления. Офицеры и солдаты этого гарнизона составляли цвет армии и они сильно надеялись на то, что наша атака на эту крепость поведет к нашей гибели... Теперь разрешите мне сказать, как было осуществлено это дело. В сердцах некоторых из нас сложилось убеждение, что великие дела свершаются не вследствие силы и мощи, а вследствие духа Господня. То, что заставляло наших людей с такой отвагой идти на штурм, был дух Божий, который вселял мужество в наших людей и лишал его наших врагов. Точно так же он давал мужество врагам и брал его обратно; и снова вселял мужество в наших людей, вследствие чего мы достигли этого счастливого успеха, слава которого принадлежит Богу».

А вскоре после этого одна за другой сдались крепости Дендалк, Трим и др. Через некоторое время был покорен весь север Ирландии.

1 октября Кромвель подошел к крепости Уэксфорд, ближайшему к берегам Англии порту и древнему центру пиратства.

Переговоры тянулись несколько дней. Комендант гарнизона вначале согласился сдать крепость, но на определенных условиях. Затем, получив подкрепление, начал изворачиваться, тянуть время. Неоценимую услугу англичанам оказал ирландский предатель, который показал им дорогу в крепость.

11 октября семь тысяч пехотинцев и две тысячи кавалеристов ворвались в Уэксфорд. Гарнизон защищался, но силы были слишком неравными.

«Наши войска, — писал Кромвель в своем донесении спикеру, — разбили их, а затем предали мечу всех, кто стоял на их пути. Две лодки, наполненные врагами до отказа, попытались уплыть, но потонули, тем самым погибло около трех сотен. Я полагаю, всего неприятель потерял при этом не менее двух тысяч человек; и полагаю, что не более двадцати из наших были убиты с начала и до конца операции».

Солдаты английской армии не щадили никого. Они грабили, поджигали дома, убивали даже женщин, стариков и детей. Беспощадно расправлялись с монахами и священниками, которые пытались их образумить.

Кромвель, видя, что город превращается в руины, не останавливал солдат, хотя собирался использовать Уэксфорд для зимовки.


Через два дня после битвы он писал Ленталлу:

«Да, право же, это очень прискорбно, мы желали добра этому городу, надеясь использовать его для ваших нужд и нужд вашей армии, а не разорять его так сильно, но Бог судил иначе. В нежданной милости провидения, в справедливом гневе своем он направил на него меч своей мести и сделал его добычей солдат, которые многих заставили кровью искупить жестокости, учиненные над бедными протестантами».

Встретить зиму в Уэксфорде Кромвелю не довелось, он двинулся дальше — сначала на запад, затем на юг. Некоторые крепости сразу же сдавались, другие вели упорное сопротивление.

С особым упорством сопротивлялся портовый город Уотерфорд. 14 ноября Кромвель писал: «Едва ли один из сорока моих офицеров сейчас не болен, и столь многих достойных потеряли мы, что переполняются скорбью наши сердца».

Заболел и сам Кромвель, о чем сообщал в письме Ричарду Мэру, не забыв посетовать, что Дороти пишет ему очень редко. Эта болезнь давала о себе знать Кромвелю до самой его смерти. В результате завоеваний 1649—1652 гг. Ирландия была вконец опустошена. Из полутора миллионов населения в ней осталось немногим более половины. Не одна тысяча ирландцев была принудительно вывезена в американские колонии Англии и превращена там в «белых рабов». Последовавшие массовые конфискации земель восставших передали в руки английских собственников 2/3 ирландской территории. Этот большой земельный фонд был предназначен для удовлетворения претензий государственных кредиторов, главным образом денежных тузов Сити, а также для погашения задолженности армии.

Таким образом, в Англии 40 — начала 50-х годов, с одной стороны, произошло перерождение некогда революционной армии в армию колонизаторов, с другой стороны, создавался новый слой дворян — лендлордов Ирландии, которые стали опорой реакции в самой Англии и стремились к скорейшему восстановлению в ней традиционной системы дворянского господства.


Война с Шотландией

После войны в Ирландии Кромвеля на родине встречали как национального героя.

Правительственная газета «Политический меркурий» писала, что успехи Кромвеля в Ирландии «в добавление к гирлянде его английских побед увенчали его во мнении всего мира как одного из мудрейших и совершеннейших вождей среди всех ныне живущих и прошлых поколений».

Рассказывают, что в эти дни кто-то восхищенно сказал Кромвелю: «Какая толпа собралась смотреть на триумф вашего превосходительства!» Кромвель, не потерявший на войне чувство юмора, ответил: «Когда меня будут вешать, народу соберется еще больше».

Но в Англии Кромвелю не удалось долго пробыть. Шотландские пресвитериане не могли примириться со смертью Карла I. Установление в Англии индепендентской республики оттолкнуло от нее не только шотландскую аристократию, но и вообще имущие классы Шотландии. Желая оградить себя от грозившей из Англии опасности, шотландские пуритане превратились в пламенных приверженцев той самой монархии Стюартов, которой сами же недавно нанесли первый удар.

5 февраля 1649 г. бежавший в Голландию принц Карл, сын казненного короля, был провозглашен в Эдинбурге королем — причем, не только Шотландии, но и Англии и Ирландии. Желание вернуть себе «отеческий престол» вынудило нового короля обещать сохранение в Шотландии пресвитерианской церкви и распространение пресвитерианства как государственной религии на Англию и Ирландию, подобно тому как за год до этого он согласился на всевозможные уступки ирландским католикам.

10 июня Карл отплыл в Шотландию. Англии начала грозить опасность с севера. Мало того, война Английской республики с Шотландией теперь уже стала неизбежной.

Во главе шотландского похода было предложено стать генералу Фэрфаксу, но он неожиданно отказался, и главнокомандующим всех вооруженных сил Англии был назначен Кромвель.

22 июля 1650 г. английские войска подошли к шотландской границе. Но покорить Шотландию оказалось значительно труднее, чем это многим представлялось вначале.


2 сентября Кромвель писал:

«Достопочтенному сэру Артуру Гезльригу.

Срочно, срочно.

Дорогой сэр, мы в очень трудном положении. Неприятель загородил нам путь к Копперспатскому перевалу, через который мы сможем пробиться только чудом. Он обложил все окрестные холмы, так что мы не знаем, как нам выйти отсюда; это возможно лишь с превеликим трудом; а пребывание здесь ежедневно косит наших людей, которые болеют невообразимо. Я понимаю, что вы сейчас не можете помочь нам; но все же, что бы с нами ни случилось, соберите все силы, какие только удастся, и помогите, чем можете, с юга. Это такое дело, которое касается всех добрых людей. Если бы ваши войска смогли ударить из-за Копперспата, это было бы нам большой поддержкой. Все должны работать на дело добра. Духом мы не падаем (хвала Господу), несмотря на такое положение. И право, мы всего больше надеемся на Господа, от которого уже получили так много милостей.

Право же, соберите все силы, какие только можете. Пошлите на юг к друзьям, попросите помочь. Дайте знать Генри Вэну, что я пишу. Я не хотел бы, чтобы это стало известно всем, ибо опасность только увеличивается. Вы сами знаете, как лучше действовать. Дайте мне знать о себе.

Остаюсь слугой вашим.

2 сентября 1650 года.           О. Кромвель».

Это был не единственный случай в шотландской кампании, когда Кромвелю пришлось тяжело.

В конце июля он подошел к Эдинбургу. Город оказался надежно укреплен как с суши, так и с моря. Надеясь, что противник выведет своих солдат для битвы в открытом поле, Кромвель со своей тридцатитысячной армией два дня простоял лагерем под дождем. Но шотландцы напали на него только тогда, когда он наконец решил отойти. Удар на себя принял полк Ламберта, затем ему на помощь Кромвель послал свой полк.

В таких мелких сражениях прошел весь август.

Шотландские проповедники в своих проповедях говорили, что англичане убивают всех подряд мужчин, мальчишкам от шести до шестнадцати лет отрубают правую руку, а женщинам выжигают груди. Как только в деревнях появлялись английские солдаты, местные жители разбегались кто куда, несмотря на бесконечные декларации, издаваемые Кромвелем, в которых он обещал жителям мир, сохранение их прав и имущества.


К этому следует добавить, что Шотландия была нищей страной. Продукты питания для армии найти было очень сложно. Солдаты ели сырые овощи, все, что попадалось под руку. Вскоре началась повальная дизентерия. От шестнадцати тысяч кромвелевских солдат к сентябрю осталось только чуть больше одиннадцати.

Тем временем Кромвель подошел к Денбару. 3 сентября 1650 г. началось сражение, которое продолжалось менее трех часов. В нем шотландцы потеряли три тысячи убитыми, а около десяти тысяч было взято в плен. По словам Кромвеля, с английской стороны было убито всего лишь двадцать человек.

На следующий день, вдохновленный победой он писал жене:

«Моя драгоценная! У меня нет времени писать тебе подробно. Во многих своих письмах ты пишешь, что я должен быть внимательнее к тебе и к твоим чадам, и я могу попенять тебе за это. Если я не люблю тебя сейчас еще больше, чем прежде, то думаю, что, с другой стороны, грешен в том немного; и это поистине так. Ты мне дороже всех на свете; и этого довольно.

Господь явил нам безмерную милость: кто может оценить ее величие? Моя слабая вера получила подкрепление. Мой дух чудесным образом воспрянул; хотя я уверяю тебя, что старею и чувствую, как старческие немощи украдкою овладевают мной. Вот бы так и грехи мои убывали! Молись обо мне в этом смысле. Подробности нашего последнего успеха тебе сообщат Гарри Вэн или Дж. Пикеринг. С любовью ко всем дорогим друзьям, я остаюсь

Твой Оливер Кромвель».

А 7 сентября кромвелевская армия уже была в Эдинбурге, который сдался ей почти без боя.

18 сентября англичане стояли у Стерлинга, который защищала армия Лесли. В город было послано предложение сдаваться. Лесли был настроен воинственно, сдаться отказался и предложил Кромвелю освободить нескольких пленных шотландских офицеров за определенный выкуп. В ответ было сказано:

«Мы пришли сюда не для того, чтобы торговать людьми или получить для себя какую-то выгоду, а для защиты интересов английской республики».

Однако штурм города так и не состоялся. Стерлинг был сильно укреплен, и, по решению военного совета, пока не наступила зима, необходимо было срочно заняться очисткой от неприятеля южных земель Шотландии.


В это время Кромвель опять заболел, чем вызвал обеспокоенность в Лондоне. Палата тут же постановила: «По случаю болезни лорд-генерала и по суровости климата страны, где он находится, ему предлагается для сохранения здоровья переехать в какую-нибудь  часть  Англии,  где  при помощи  божьей и употреблении усиленных врачебных пособий он мог бы восстановить свое здоровье и силы, чтобы иметь возможность возвратиться к армии; в ней ему предоставляется право назначить пока временного командира по своему усмотрению».

К Кромвелю были отправлены два врача, но пока они прибыли, он стал чувствовать себя лучше, а вскоре уже готовился к новой военной операции.

В конце августа Карл обосновался в Вустере, и тут же к городу двинулись англичане — армия Кромвеля, войска Ламберта, Гаррисона и Флитвуда. Здесь было решено нанести шотландцам последний и решительный удар. По словам одного из биографов Кромвеля, точность в проведении этой операции является «замечательной даже во времена телеграфа, а успех свидетельствует о необыкновенных военных талантах как самого Кромвеля, так и ближайшего его помощника Ламберта... Три отдельных корпуса, двинувшиеся из трех разных мест, идя на далеком расстоянии друг от друга, сошлись как раз там, где следовало».

3 сентября 1651 г. полки Флитвуда, перейдя по только что сооруженному мосту через Тим, двинулись на шотландцев с юга. Кромвель, переправившись со своей армией через Северн, тут же поспешил им на помощь. Вскоре противник был оттеснен к окраинам Вустера. Завязался рукопашный бой. Но и здесь королевские отряды не устояли. Парламентские войска ворвались в город. Карлу с горсткой людей пришлось бежать. Вскоре он переоделся в крестьянское платье, а через несколько месяцев достиг берегов Франции.

В битве при Вустере армия роялистов прекратила свое существование. Сопротивление шотландцев было окончательно сломлено. День 3 сентября стал национальным праздником английской республики.

Это было и последнее сражение Кромвеля.

Шотландская политика республики во многом отличалась от ее ирландской политики. Хотя в Шотландии не было массовых убийств и конфискаций земель, все же и здесь был установлен режим национального гнёта.


Кромвель умер в результате продолжительной болезни, но поставленная им на колени Англия не простила тирану не только его деяний, но и естественной смерти. Восстановив монархию в лице сына казнённого Карла I, англичане выкопали из могилы тело лорда-протектора, повесили и четвертовали его, а потом выставили отрезанную голову на всеобщее обозрение. Так она простояла целых 25 лет, пока не пропала. Голову некогда всемогущего тирана нашли лишь в 1910 году в семье англиканского священника, где она хранилась в качестве семейной реликвии больше 3 столетий. В 1960 году её захоронили на территории одного из колледжей Кембриджа — административного центра, с которого началась политическая карьера Оливера Кромвеля.

Источники: Аргументы и Факты.
               Biofile.ru












Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?

Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
В появившемся окне опишите проблему и отправьте Администрации ресурса.

Комментариев:0

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ